April 21st, 2012

Я

Канавы с кровью и мозгами - так рождалась советская власть

Оригинал взят у d_v_sokolovв Ещё о киевских ЧК в 1919 г. Слабонервным лучше не читать.
Оригинал взят у kosmodesantnickв Ещё о киевских ЧК в 1919 г. Слабонервным лучше не читать.

…Я обещал тебе написать о "чрезвычайках" Киевских, ‑ не знаю, выйдет ли? Слов нет: все краски бледнеют перед тем, что я видел. Итак: ЧК было в Киеве три: Городская, Губернская и Всеукраинская со знаменитым Лацисом во главе. За месяц до ухода большевиков (конец июня 1919 г.) все три стали проявлять лихорадочную деятельность и притом по разрядам: в первую голову были расстреляны буржуи, не внесшие контрибуции, потом юристы, инженеры, поляки, украинцы, педагоги и т. д., и т. д. Люди прямо исчезали ‑ списков расстрелянных не печатали больше, прямо человек исчез ‑ значит, расстрелян. Придирались к мельчайшему поводу: нашли при обыске 2 фунта сахару ‑ довольно, или бензин для зажигалки: расстрел чуть ли не на месте.

Collapse )

Я

Массовые убийства невинных людей - так рождалась советская власть

Оригинал взят у elena_semв Первые дни революции в Балтийском флоте. – Борис Бьеркелунд
Период с начала революции до прихода к власти большевиков в конце октября 1917 года был для всех офицеров самым страшным, опас­ным и трудным временем. Фактически они на­ходились вне закона; кто угодно мог убить офи­цера безнаказанно. Достаточно вспомнить, что первый солдат, поднявший руку на своего ко­мандира, унтер-офицер Волынского полка Кир­пичников был первым «революционным» во­енным министром Гучковым награжден Геор­гиевским крестом, высшей наградой, дававшейся в России за проявление большой храб­рости. В дальнейшем Георгиевских крестов за убийства не давали, но убийцы оставались не обнаруженными и обнаруживать их никто не хотел. Печать того времени, включая буржуаз­ную, твердила на все лады об удивительной, ни­когда раньше не случавшейся «Великой бескровной революции». Поэтому о многочислен­ных убийствах в тылу и на фронте умалчива­лось, и сведения о них проникали в население путем «пантофельной почты». Умолчать об убийствах моряков было для печати значительно труднее, так, как они происходили на базах флота, в многолюдных центрах, на глазах мно­гочисленных свидетелей.